БОГ, ПРИРОДА, КОРОНАВИРУС И ЧЕЛОВЕК.

Пока одни заняты борьбой с коронавирусным злом, другие задаются вопросом: рукотворно ли это зло или нерукотворно. Разговор идет не только о конспирологических теориях. Я высказывался по вопросу конспирологии в интервью каналу «Москва-24». Однако в этой дискуссии есть еще другой – третий поворот. В сетях гуляют идеи, что, дескать, Создатель послал коронавирус как урок заблудшему в грехах человечеству… Эта идея иногда не высказывается прямо. Скорее, заявляют, что не надо проклинать коронавирус, и намекают на то, что коронавирус — Учитель. Что, коли Бог всемогущ, то не без его ведома этот урок, или что Бог отвернулся от человека… Как говорил один великий философ – «и Боги покинули землю…», здесь можно продолжить – Спаситель уже приходил, и Спаситель больше не придет. Апокалипсис Now стал чуть ли не земным делом и никак не открывает переход в спасительные миры как последнее событие. Впервые за 10 веков в Храме Гроба Господня церемония освящения Благодатного огня прошла без паломников при закрытых дверях и воротах. Площадь перед Храмом также была безлюдна.

В сетях в последние дни упорно распространялись идеи о том, что такое положение дел — не что иное как предвестие Апокалипсиса. Дескать, Благодатный Огонь в этом году не сойдёт, и наступит конец света… Процитирую фрагмент несколько другого жанра — из морализаторского поста: «Он посадил каждого из нас по отдельности, отнял работу, и дал время подумать каждому. Перезагрузка. В Китае на их Новый год, у евреев на Пейсах, у мусульман время паломничества, у христиан на Пасху». В таком же духе продолжает другой сетевой проповедник: «НЕ ПРОКЛИНАЙТЕ КОРОНАВИРУС», — призывает он, — «Он вернул человечеству осмысление своего бытия». «Это чудо- вирус», — убеждала и хвалила Малышева Covid-19, по своим соображениям.

Да, смысл — дело великое, и часто цитируют Ницше устами Франкла: «Человек, который знает, ради чего жить, знает, как жить». Однако вопрос «ради чего» в экстремальной ситуации проблематизируется, ибо смысл определяется в предельном бытии — в бытии на пределе. Именно в этом моменте обнаруживается, что смысл требует вопроса о смысле смысла.

Саму идею боготворности коронавируса, как орудия кары, я считаю ошибочной. Однако, не хотел бы втягиваться в теологические дискуссии или двусмысленные речи прихожан. Будем двигаться в сторону человека, встречающего вызов. Что касается коронавируса, независимо от его происхождения, уже на органическом уровне человека он выступает чужеродной субстанцией, которая проникает в организм, коварно прилепляясь к белку AT2. Но организм объявляет иммунную атаку не на жизнь, а на смерть. В этом ракурсе встает проблема Чужого, скажем, которого создали биоинженеры, как в фильмах Ридли Скотта, и тема Апокалипсиса ныне, пронзительно раскрытая Копполой. И та, и другая темы были предметом моего пространного рассмотрения в соответствующих скетчах. Но в нынешней проблеме имеется особый важный поворот для психологии человека в ситуации, в которой его существование раздваивается на неповседневное бытие (бытие до), на экстремальное бытие, в которое он погрузился ныне, в перекрестье жизни и смерти. Экстремальная ситуация рассматривается нами в культурно-деятельностной антропологии и экзистенциально-деятельностном подходе не в узкомедицинских, биологических трактовках стресса, травмы, паники, тревоги, страха, агрессии, депрессии и других, а как экзистенциальная ситуация испытания.

Таким образом, мы разработали нетрадиционный подход в психологии и антропологии человека в экстремальной ситуации, когда ее видят не одномерно, как событие деструкции, разрушения и негации, а в оптике ситуации испытания, диалектике негативного/позитивного, в триаде ответов человека на эту ситуацию – страдании, стойкости и росте (Магомед-Эминов М.Ш., 1990). Вот эта смысловая теория травмы, стресса, экстремальности была разработана нами давно, а недавно ещё раскрыта относительно пандемии в Рекомендациях, которые были опубликованы на сайте МГУ и стали одними из первых в нашей стране (https://www.msu.ru/info/virusprevention/docs/phyrecomend.pdf). Эти рекомендации нашли большой отклик. Они были опубликованы в электронной газете «Вести образования» (https://vogazeta.ru/…/12106-psihologicheskie_rekomendatsii_…) и «Психологической газете» (https://psy.su/feed/8043/). Данные рекомендации также опубликовали РИА Новости, ТАСС, НТВ, Московский Комсомолец, Парламентская газета (в двух публикациях), Известия и другие.

Рассматривая экстремальную ситуацию в позитивно-негативной диалектике и нетрадиционно для психологии как ситуацию испытания, мы обосновали её в корпусе психологии человека. Поэтому для нас это слово является не разговорным, обиходным, а научно-практическим термином. Однако в связи с расширением масштаба понимания этого явления нужно учитывать, что ситуация испытания является также предметом религиозного дискурса.

Действительно, когда мы говорим об испытании, то первое, что приходит на ум — это трансперсональные божественные измерения человеческой ситуации. Сейчас в сетях в ситуации возрастания психической компрессии бытия человека, выражающейся в различных проявлениях — апатии, тоске, агрессии, горе, ностальгии и стремлении выйти на просторы в поисках и хлебов, и зрелищ, и спортивного состязательного движения — эта карательная логика требует специального обсуждения. Почему карательная? Потому что послана как кара: тут господствует логика, в которой придается особое значение карательной этике властных инстанций (дайте нам побольше ЧС и накажите ослушавшихся / укажу на доносы во Франции) или карательности, посланной свыше для возвращения заблудшего на путь истинный.

Таким образом мы фиксируем тезис о том, что Бог сотворил это коронавирусное зло, и сотворил он его во имя спасения, то есть, посредством испытания человека, которое должно стать для него поучительным уроком. Карательный бог предстает здесь в своем мстительном образе не благо-дати, а зло-дати.

Однако, в оптике сингулярного, единичного, одушевленного, телесного существа мы считаем, что бедствия, несчастья, болезни, катастрофы действительно являются ситуациями испытания. Мы сдвигаем акцент с вопроса «ПОЧЕМУ» на вопросы «ЧТО делать» и «КАК поступить». Мы сдвигаем рассмотрение вопроса из вселенского масштаба в сингулярный масштаб судьбы конкретного единичного человека перед лицом этого вызова. Извлекает урок из испытания человек сам. И он может извлекать разные уроки, исходя из своей позиции – и позитивные, и негативные: экономические, религиозные, политические, этнические, социальные и другие выгоды, которые могут быть своекорыстными или идти во благо другого.

Соответственно, ситуация испытания – урок, но урок, который сам человек извлекает из этого бедствия, совершая поступки. Делая или не делая, или делая что-то так или иначе, или не делая что-то так или иначе. Человек идет так или иначе сам, поступки совершает он сам. Но совершает их в собственной работе над собой. Поступок мы вписываем в работу. Поэтому поступок как единица сущности человека, как единица его личности берется как первоначало, но в нашей теории это первоначало нужно определить не из абстрактного индивида, субъекта, эго (антропогенетического и социогенетического), а из работы человека над собой — и в ипостаси индивида, и в ипостаси субъекта, и в ипостаси личности, эго и т.д. (Магомед-Эминов М.Ш., 1998).

Не только человек, но и психология проходит испытание, что было темой объединенного семинара «Время. Субъект. Сознание. Деятельность» и «Культурно-деятельностная психология». Возникает вопрос более широкого обсуждения, потому что центром становится человек с ответственным поведением, и возникает вопрос нравственного измерения. Этот вопрос мы ставим в рамках экстремальной этики конкретного, единичного, сингулярного человека, которого надо раскрыть как одушевленную сингулярность, а не как виртуальное становление. В этой проблеме пересекается вопрос нравственного поведения личности со светской этикой, эволюционной этикой, теологической этикой и т.д.

Возникает вопрос: мы в своем сингулярном испытании, нашем единичном испытании, в нашей единичной судьбе в общности с другими единичными судьбами являемся ли объектами посланного зла – божественной инстанции, природной инстанции, или инстанции человека-инженера (биотехнологического инженеринга)? Мы что, пешки в смертельной игре, навязанной нам патогенным вирионом — чужой субстанцией, посланной либо милосердным всемогущим Богом, либо матушкой-природой, либо создателем-инженером? Вместо «либо — либо» С.Кьеркегора, мы оказались теперь в центре трёх «либо». В центре вызова, брошенного нам либо со стороны божественного, либо со стороны природного (антропогенного), либо со стороны человеческого (социогенного). Эта проблема, которая является достаточно сложной и обсуждается с античных времён, в образе пандемии втягивает и нас через дискурс ситуации испытания. Поэтому, по мере своих возможностей, мы планируем более тщательно обсудить эту проблему.

#психологияпандемии

Автор: Мадрудин Магомед-Эминов